Изображения: Выкл Вкл Шрифт: A A A Цвет: A A A A Обычная версия
Вернуться к обычному виду

Новости

25.08.2015

«Читая письма фронтовые»

Исторический очерк, посвященный 70-летию Победы в Великой Отечественной войне, на аппаратном совещании в Администрации района был посвящен солдатским письмам. О весточках с фронта, которые слали малопургинцы своим родным с полей сражений, рассказала директор районного краеведческого музея Алевтина Данилова. Приводим полный текст ее выступления.

Прошло уже 70 лет со времени окончания второй мировой войны, но отголоски её всё ещё доносятся до нас. Это и могилы неизвестных солдат, снаряды и осколки, оставшиеся на полях сражений, окопы и воронки от взрывов снарядов и бомб – эти раны на земле. Это и память еще оставшихся в живых участников сражений. Одним из таких памятников войны являются солдатские письма – треугольники, иногда написанные на простом обрывке бумаги.

Эти драгоценные сообщения с полей сражений от родных и близких, бесценные реликвии ещё хранятся в заветных коробочках, узелках, папках. Читая эти скупые строчки, можно представить, как ковалась наша победа над коричневой чумой прошлого века. Заглянем же в эти письма, да и простят нас родные и близкие, что мы коснулись их сокровенного, дорогого их сердцу.

Сегодня за столиком малым,

В перерыв от военных забот,

Я решил тебе, милая Шура,

Написать о себе пару строк.

Низко кланяюсь всем я, родная,

И готов бы нежно обнять

И тебя, моя дорогая,

И детей бы своих приласкать…

Но в эту в январскую стужу,

Вдалеке от вас находясь,

Я пока что мои родные

Не могу вас лично ласкать.

И прошу я попутного ветра

Мой вам привет передать,

А февральский зимний морозец

Нежно в щечки вас целовать.

Он щечки у вас подрумянит

И силы у вас подбодрит

И громко, и звонко вам скажет:

-Русский воин к Берлину спешит,

Спешит, чтобы добить там фашистов,

Победоносно закончить войну

И быстренько к вам возвратиться

Отпраздновать с вами победу свою.

Это письмо в стихах написал своей семье Филиппов Александр Александрович.

Письма передала в музей его дочь Нина Александровна Радчич. Александр Александрович работал директором одной из школ Тамбовской области, когда объявили о начале войны. Это было 22 июня 14-00 часов. «Папа оделся по-спортивному, бросил ключи от здания школы моей маме, и через два часа ушёл добровольцем на фронт» - вспоминает дочь Нина. Жена и дети даже не сразу поняли, что случилось. Александр Александрович, да и все фронтовики писали очень мало о себе, о своих тяготах: жив, здоров, воюю помаленьку. Он как учитель, прекрасный отец и на фронте заботился о воспитании своих детей, его волновало их будущее, не столько материальное, сколько духовное. Мечтал, чтоб дети выросли хорошими людьми, получили достойное образование. Даже с фронта прислал статью с наставлениями юным пионерам и школьникам. Советовал, не смотря, на трудности не пропускать занятия и даже писал с фронта письма классному руководителю, чтобы он помог детям по трудным предметам. Нина Александровна всю свою жизнь общалась со своим отцом через эти письма. И для неё он всегда живой. А не дожил он до Победы всего 25 дней - погиб 14 апреля 1945, уже на подступах к Берлину. Поэтому Нина Александровна никогда не праздновала День Победы, для неё это самые тяжёлые воспоминания, обида, что не дожил отец. Последнее письмо, написанное 14 апреля, пришло после похоронки, а похоронка пришла 28 апреля. Поэтому они всё ждали, что может это ошибка, и он живой вернётся, но чуда не произошло…

Нас не было на той войне. Мало осталось тех, кто может рассказать о ней. Но эти письма, самые достоверные свидетели незабываемых дней Великой Отечественной.

Именно письма рассказали нам о подвиге Александра Теплякова, который геройски погиб, защищая Чехословацкий город Братислава. Он сам не успел рассказать. Написал его друг, написал матери уже погибшего героя. Александр Тепляков, заместитель командира полка по артиллерии, гвардии майор в жарком бою пробрался на чердак 4-этажного здания в расположении противника и корректировал огонь своей артиллерии. Когда фашисты стали окружать этот дом, он вызвал огонь на себя. Это произошло 3 апреля 1945 года. На войну он пошёл 16 летним пареньком, прибавив себе три года. В справке о рождении исправил 1925 год на 1922г. Прошёл всю войну, уничтожил множество фашистов и не дожил до Победы буквально месяц. Но в Братиславе помнят нашего героя, его именем названа школа, улица. Есть памятник, могила, где всегда ухожено и живые цветы. Пионерская дружина школы им.Теплякова долгие годы вела переписку с семьёй Александра Григорьевича. Благодаря Чехословацкому правительству мать и брат смогли посетить могилу своего сына и брата. Письма Александра Теплякова бережно хранила жена брата Теплякова Августа Семёновна, которая передала письма в наш музей и, благодаря ей, мы узнали о подвиге нашего земляка.

Как прекрасно, что прошлое поколение понимало ценность памяти, которыми являются письма и мы можем прикоснуться к ней. Парасковья Филипповна Зорина из Нижних Юрей каждый день доставала письма своего сына Николая, гладила их рукой и украдкой плакала. Читать она не умела, но помнила их наизусть. Вот одно из них: «Большой фронтовой привет мама, папа и Миша. Я никак не могу получить ваше письмо, потому что всё время нахожусь на разных местах. Но надеюсь, что вы мои письма получаете. Про себя сказать нечего, пока живу очень хорошо. Не знаю, когда встречусь со зверями, пьющими кровь. Я видел, как фашистскими бешеными руками дотла сожжены советские деревни. Они мирных жителей вешают посреди улицы, режут, обстреливают детей. И вот, мама и папа, кто попадётся мне под руку из этого зверья, не жалея сил и крови без жалости буду сметать эту нечисть с нашей земли. Расскажите как здоровье, сколько трудодней, делили ли хлеб и сколько всего получили. Миша!- обращается к брату - Учись на отлично. Многие твои сверстники сейчас не учатся, их красивые школы захватили фашисты. Но они не сидят без дела, помогают партизанам. Но мы вернём им школы, и они будут учиться. 26 февраля 1942г.

В конце марта этого же года Николай Григорьевич Зорин погиб смертью храбрых. В августе 1942 года мать получила письмо от невесты сына, военного фельдшера, которая просила сообщить местонахождение своего жениха. Не известно отправили ей письмо или нет, но невеста нашего воина тоже погибла на фронте.

Старая бумага упорно заворачивается по сгибам, продавленным больше семидесяти лет назад. Выцвели чернила, поблекла типографская краска на почтовых открытках. Письма с фронта до сих пор бережно хранят во многих семьях. У каждого треугольника своя история: счастливая или печальная.

Как самое ценное, что только есть на свете, хранила письма своего мужа Семенова Анна Степановна из д.Ст. Монья. Петр Семенов ушел на фронт 24 декабря 1942 г., оставив шестерых детей, самому старшему было 16 лет, а младшенькой всего 6 месяцев. Около 50-ти писем дошли до нас, которые бережно и с большой любовью хранит сейчас Лидия Петровна Петрова, одна из дочерей Петра Семеновича, та самая Лидочка, которой было всего 6 месяцев когда ее отец уходил на фронт. «Добрый чистый сердечный привет вам всем»-писал Пётр с фронта, перечисляя каждого родственника, не забыв никого. Эти письма он писал карандашом в свободное время между боями на оберточной бумаге, на полях листов, вырванных из книг, на любой, даже маленькой найденной бумажке. В письмах обращается к детям поименно, спрашивает как учатся, жалеет их. Петр Семенович не писал о боях, чтобы родные не переживали, не волновались за него. И наверное запрещено было писать подробности, так как на каждом солдатском треугольнике стоит печать «Проверено военной цензурой». Писал просто: «Вот, Анна, я в настоящее время еду на дороге. Следую туда, куда мне надо ехать. Это уже сами знаете куда я еду. Я желаю вам жить навсегда, доброго здоровия». У всех тогда дорога была одна - бить врага.

Свои письма писал на удмуртском и на русском языках. С какой теплотой и любовью передает он приветы, интересуется жизнью своих родных. «Та гожтэтме гожтисько туж капчи мылкыдын, туж шумпотыса. Кыли мон тилесьтыд зеч ивордэс но шумпоти. Яра ти тыршиллямды, бакчадэс но мертиллямды, пыш но кизиллямды, чабей но кизиллямды, кияр но кизиллямды. Мон он озьы ик малпасько вал тайёс чабей мед кизезы шуыса. Вот мемей, тон мон понна туж эн борды, эн чигиськы. Зеч ке ветли одиг пол берто али тынэсьтыд пыжем няньдэ, кизем киярдэ сиыны…» Письма были наполнены оптимизмом и радостью, что скоро кончится война, и придет тот день, когда они будут праздновать Победу и он сможет обнять своих родных: мать, жену, своих детей... Но его мечты не сбылись. 24 июня 1944 года Петр Семенович Семенов во время одного из боев в Белоруссии погибает. Оставался всего год до конца войны! Но кто же знает, что жизнь прервется так неожиданно и скоро. Всего лишь за две недели с лишним до гибели, 8 июня 1944 г., Семенов Петр Семенович был награжден медалью «За отвагу», в наградном листе описывается его подвиг: «Пулеметчик 5 стрелковой роты рядовой Семенов Петр Семенович неоднократно участвовал в боях с немецкими захватчиками, проявлял смелость и решительность. В бою был дважды ранен. Во время наступления под г. Орел первым ворвался в траншею и лично уничтожил трех немецких солдат». Похоронен Петр Семенович в братской могиле. Она находится в Белоруссии, в Могилевской области Дрибинского района в деревне Рясно.

Дочь Лидия Петровна Петрова уже дважды побывала на могиле своего отца, и каждый раз ее переполняют чувства, и охватывает волнение, словно встречается с воскресшим отцом.

Всего лишь шесть писем успел послать с войны своим родным Леонтьев Никита Иванович из д.Куюки (1921 – 1941г.г. ) На войне он был танкистом. Письма много лет хранила сестра Валентина (1928 г.р.), а перед кончиной завещал их сыну Виктору.

На письмах-треугольниках 74-летней давности сохранились его рукой выведенные строки: «УАССР, М-Пургинский р-н, Аксакшурский с/с, к-з «Выль ужась. Получить Леонтьеву Ивану Терентьевичу». В семье Ивана Терентьевича росли Никита и двойняшки Валя и Юля. Никита окончил 4 класса, а затем сел за колесный трактор «ХТЗ». В 18 лет Никиту призвали в ряды Рабочее –Крестьянской Красной Армии. Всей деревней провожали на службу. И никто тогда не знал, что Никите придется воевать, что он больше не вернется, останется в земле, которую защищал.

А служить ему выпало на Дальнем Востоке, в Хабаровском крае, городе Благовещенск. Никиту, как тракториста, взяли в 301-й отдельный танковый батальон. От него приходили письма, полные любви к родным, заботой о них. Интересовался жизнью в деревне. Сообщал о земляках-сослуживцах, об их судьбах. Писал на удмуртском, на чисто деревенском бытовом языке, с грамматическими ошибками. Их содержание берет за душу.

«Служба идет хорошо, - пишет Никита. – Танк водить учимся. С Удмуртии здесь много. С русскими подружился, чистый хлеб едим-чёрный и белый, не с лебедой вперемешку, как в деревне бывает. Дома я худой был, а тут поправился. Для личных расходов по 10 рублей в месяц дают. Вот накоплю денег – Вале и Юле ботинки и чулки базарные отправлю посылкой, матери-калоши, а тебе, отец –табак. Самосада ведь до лета на курево не хватит».

«Теперь пишу вам с города Воронеж, куда перевели наш танковый батальон. Из товарищей почти никого рядом не осталось- разбросали кого куда, - сообщает Никита Леонтьев в письме 17 июня 1941 года. - Многих перебросили в Белоруссию. Зачем - не знаю, приказы ведь не обсуждают. Писать теперь часто не разрешают. В город выпускают редко и то строем. В магазинах всего полно: костюмы, обувь, конфеты, пряники. В деревне-то кто такое видел? Фотографию просили – все еще не получается из-за денег. Как дела в колхозе? Хлеб хорошо растет? Поправился ли после паралича одногодок Добо Иван. Валя с Юлей, поди, на зеленой траве играют, цветы собирают, которые мне письмом прислали. А мы тут траву танками топчем. Остаюсь жив –здоров, но что то тревожно здесь».

А пока письмо добиралось по адресу, события на западных границах СССР сгущались. Германия завершала подготовку к нападению на нашу страну. Поэтому и сослуживцы Никиты были переброшены в Белоруссию, ближе к границе. Им суждено было принять удар врага.

«Вот, дорогие отец, милые сестренки» - дрожат строчки письма от 22 июня 1941 г.- Германия войной пошла на Советский Союз. Через некоторое время слышали сообщение по радио, что уже Киев бомбили. Часть нашу на повышенную боеготовность перевели. Почти что не спим. Все готовятся, в городе тревожно. И у нас – тоже. Так что не знаю, что будет завтра, мысли путаются».

Пытаясь предотвратить окружение столицы Украины, командование перебросило танковые батальоны и стрелковые полки. Именно они приняли на себя удар бронированного гитлеровского кулака.

«Пишу в танке, пока стоим в городе Курск, – сообщает Никита в своем письме от 1 июля 1941 г. - Наш батальон вывели с Воронежа и своим ходом отправили на запад. Всё, отец-мать, еду под пули и снаряды. И не знаю: жив ли останусь, или пуля сразит… Душа рвется, слёзы вышибает, руки дрожат. Вот, отец, по твоим следам я иду. Ты ведь в свое время тут воевал. Теперь мне такая судьба выпала. Эх, как бы я сейчас обнял вас всех… Вот и тронулись мы дальше на войну… Ну, мемей, дядяй, сузеръёсы, зеч луэ! Мон мынко воевать карыны пуля улэ и снаряд улэ… Зеч луэ, мыным кыче кылдоз улыны уг тодиськы, оло улод на, оло пуля етоз. Уг тодиськы, адзоды наа ти монэ, асьтэлэн ки улады будэтэм пидэс, оло уд ни…Увидите ли вы меня ещё, своими руками выращенного сына или пишу в последний раз – не знаю… » Это было последнее письмо от Никиты Леонтьева.

В первые же месяцы войны многие танковые батальоны попали в окружение, танки потеряны, причем зачастую из-за поломок, отсутствия горючего. А Никита Леонтьев с экипажем сгорел в танке. Лишь в октябре 1941 г. родителям танкиста пришло извещение «Пропал без вести».

Солдатам помогали идти в бой письма с Родины. Они шли в бой с весточкой у груди, фотографиями любимых. Они помогали им выжить, или скрасить последние минуты жизни. Тысячи наших солдат навсегда остались на далёкой земле. Но письма возвратили их домой – к потомкам.


Возврат к списку